ДоМиЛяМи  
  Русская музыка Классика Музыка XX века Школа Лекторий Истории Театр Фойе  
 
Русская музыкаТанеев Сергей ИвановичКалинников Василий СергеевичГлазунов Александр КонстантиновичСкрябин Александр НиколаевичРахманинов Сергей ВасильевичСтравинский Игорь ФедоровичГлиэр Рейнгольд Морицевич Мясковский Николай ЯковлевичПрокофьев Сергей СергеевичШостакович Дмитрий ДмитриевичПервая симфонияЧетвертая симфонияПятая симфонияШестая симфонияСедьмая симфонияВосьмая симфонияДевятая симфонияДесятая симфонияОдиннадцатая симфония «1905 год»Двенадцатая симфония «1917 год»Концерт для скрипки с оркестромКонцерт для виолончели с оркестромКабалевский Дмитрий БорисовичХачатурян Арам ИльичХренников Тихон НиколаевичКлассическая музыкаЗарубежная музыка XX векаМузыкальная школаЛекторийМузыка в театреМузыкальные историиМузыкальное фойе

Музыка есть бессознательное упражнение души в арифметике.
(Г.Лейбниц)

Шостакович Дмитрий Дмитриевич

ДЕСЯТАЯ СИМФОНИЯ, МИ МИНОР

СОЧ. 93 (1953)
I. Moderato.
II. Allegro.
III. Allegretto.
IV. Andante. Allegro
Первое исполнение — 17 декабря 1953 г. в Ленинграде
под упр. Е. Мравинского

Мало кто из современных композиторов сумел так изобразить
горести и надежды современного человека,
как это сделал Шостакович в своей Десятой симфонии.
В. Добиаис

Б. Асафьев однажды назвал Шостаковича «восприимчивейшим к трепетам действительности композитором-симфонистом на.шей современности». Справедливые слова. Муза Шостаковича реагирует на конфликты жизни с чуткостью совершенного сейсмографа. Так было с Пятой и Шестой симфониями, возникшими в канун второй мировой войны. Так было с «военными» Седьмой и Восьмой. Десятая симфония сочинялась в пору, когда противоречия, раздирающие современный мир, резко обострились.

Музыка симфонии пронизана пламенным беспокойством. Она обличает зло, взывает к совести, учит серьезному отношению к жизни. Но в ней не показаны ни образы зла, ни их столкновение с положительными силами. В этом смысле Десятая симфония глубоко самобытна. Ее можно сравнить не с эпическим романом, а с лирической поэмой: жизнь предстает не в объективно изображенных картинах, а в горячем субъективном восприятии художника. Отсюда — особая эмоциональная заразительность музыки, мягкая напевность многих ее страниц, обилие углубленно вдумчивых состояний.

Это сказалось прежде всего на облике I части. Композитор отмечал, что в ней «больше медленных темпов, больше лирических моментов, нежели героико-драматических и трагических». Действительно, она вовсе лишена разгона движения, который так решительно драматизирует музыку в разработках первых частей Пятой и Восьмой симфоний. Характер сосредоточенного, лирически окрашенного размышления распространился на музыку всей части.

Тон задает обширное вступление, которое начинается сумрачным вопросительным мотивом. Музыка идет тяжелым шагом, мысль и чувство скованы. Из медленной вязи голосов выступает теплая мелодия кларнета — главная тема I части. Привольно распевная, близкая некоторым песням Шостаковича («Тоска по Родине» из к/ф «Встреча на Эльбе» , «Родина слышит, Родина знает» ), она ассоциируется с образом Родины. Побочная тема (ее начинает флейта) вносит оттенок интимности, душевной тонкости. Этот образ многозначен: в нем сплетены и грация вальса, и трогательность проникновенной, словно умоляющей речи, и смутная тревога. Именно последнее свойство становится источником драматизма разработки. Все беспокойнее звучит побочная тема. Мало того, она накапливает жесткие, отталкивающие черты. В главной теме появляются острота и напряженность, а мотив вступления обретает грозный наступательный облик — вопрос, прозвучавший в начале симфонии, с жестоким упрямством напоминает о себе, требует разрешения. Сила звучания музыки устрашающе возрастает — на протяжении разработки нет ни одного diminuendo!

Сознание смертельной опасности, нависшей над миром, невыносимо терзает душу. Чувства натянуты до предела. Кажется, еще мгновение, и неизбежна катастрофа, окончательный душевный надлом. На помощь приходит главная тема. Могуче провозглашаемая всем оркестром, она звучит как голос оратора, как волевой призыв. Вслед за этим в светлом дуэте кларнетов восстанавливается нежный лик побочной темы. Мучительные противоречия словно отодвинулись, отступили. Надолго ли? «Звучащая тишина» последних тактов I части таит в себе нечто настораживающее...

Резкое, как выстрел, начало II части (скерцо) оправдывает опасения. Покой снова нарушен. Музыка развертывается стремительно и упруго, как стальная пружина. Слышится яростное напряжение борьбы, упоение боем и протестующий пафос, призыв к активному действию.

III часть возвращает в мир лирических раздумий, прерванных шквалом скерцо. Музыка то передает ощущение непреложного хода вещей, то говорит о простых человеческих радостях, то обращается к вечной красоте природы (третья тема — поэтичный зов валторны). Так возникает панорама жизни прекрасной, многогранной, сложной. Подчеркивая значение III части в общей концепции симфонии, композитор переносит один из ее мотивов в следующую часть — финал. Мотив этот вырастает из второй темы, он очень краток, но многозначителен и эмоционально изменчив.

Однако в финале он появляется не сразу... Медленное вступление проникнуто нерешительностью. Глухо и задумчиво звучат басы, печальная жалоба слышится в певучем речитативе гобоя. Но колорит неуклонно светлеет. Является подвижная, журчащая, как ручеек, главная тема. С этой обаятельной мелодией не хочется расставаться, она возвращается снова и снова. Задорно приплясывающая побочная тема напоминает галоп. Все новые мотивы вливаются в упругую, юношески бодрую музыку. Незаметно легкий танцевальный ритм превращается в назойливо маршеобразный. Почему'-то становится тревожно. Мелькают темы вступления вперемежку с мотивами побочной темы, все более напоминая грозные звучания скерцо. Здесь-то и вступает в действие мотив из III части симфонии. Он звучит гневно и решительно.

Музыка словно отброшена вспять, к трагическим коллизиям предшествующих частей. Еще печальнее звучат мелодии вступления к финалу. Но, как и в начале этой части, атмосфера постепенно проясняется. Правда, оживленный хоровод танцевальных мелодий уже не так безобиден, как прежде: упрямые повторы все того же мотива из III части напоминают о том, что в мире еще не все спокойно...


Следующая страница: Одиннадцатая симфония «1905 год»

      • Главная   • Русская музыка   • Шостакович Дмитрий Дмитриевич   • Десятая симфония   
 
  Талисман. Роман Татьяны Латуковой на электронном рояле Театральный буфет. Русметалтехника Виниловые пластинки  
 
© ДоМиЛяМи - музыкальный портал, 2014-2020

о проекте     контакты     карта сайта

Рейтинг@Mail.ru