ДоМиЛяМи  
  Русская музыка Классика Музыка XX века Школа Лекторий Истории Театр Фойе  
 
Русская музыкаКлассическая музыкаЛюдвиг ван БетховенПервая симфонияВторая симфонияТретья симфония «Героическая»Четвертая симфонияПятая симфонияШестая симфония «Пасторальная»Седьмая симфонияВосьмая симфонияДевятая симфонияУвертюры БетховенаКонцерты БетховенаПятый концерт для фортепиано с оркестромФранц ШубертКарл-Мария ВеберФеликс МендельсонРоберт ШуманФредерик ШопенГектор БерлиозФеренц ЛистРихард ВагнерИоганнес БрамсСезар ФранкЖорж БизеБедржих СметанаАнтонин ДворжакЭдвард ГригГустав МалерАнтон БрукнерКлод ДебюссиРихард ШтрауссЗарубежная музыка XX векаМузыкальная школаЛекторийМузыка в театреМузыкальные историиМузыкальное фойе

Я не знаю большего счастья для композитора, чем написать простую песню, которая через пятьдесят лет станет народной, а имя ее творца между тем будет позабыто.
(Р.Штраус)

Людвиг ван Бетховен

ДЕВЯТАЯ СИМФОНИЯ, РЕ МИНОР

СОЧ. 125 (1824)
I. Allegro ma non troppo, цп poco maestoso.
II. Molto vivace.
III. Adagio molto e cantabile.
IV. Presto. Allegro assai
Первое исполнение — 7 мая 1824 г. в Вене

И сквозь покой пространства мирового
До самых звезд прошел девятый вал...
Откройся, мысль! Стань музыкою, слово,
Ударь в сердца, чтоб мир торжествовал!
Н. Заболоцкий. «Бетховен»

Девятая симфония бетховена принадлежит к числу немногих произведений мирового искусства, которые, подобно высочайшим горным вершинам, возвышаются над всем, что создал художественный гений человечества. Как и гомеровские поэмы, «Божественная комедия» Данте, Сикстинская мадонна Рафаэля, «Фауст» Гете или Высокая месса Баха, Девятая симфония, будучи детищем своего века, явилась одновременно выражением общечеловеческих идеалов и устремлений.

Завершенная на исходе жизненного пути композитора, она обдумывалась им в течение всей жизни. Еще в юности, увлеченный идеями французской революции, Бетховен искал музыкальное воплощение шиллеровской оды «К радости» , на текст которой написал хоровой финал Девятой симфонии. Заложенные в ней идеи всечеловеческого братства и свободы не переставали волновать художника на протяжении всего творческого пути. Не случайно музыкальная тема финала возникла задолго до симфонии, и в разных произведениях Бетховена можно найти немало родственных ей образов, Иными словами, Девятая симфония — итог идейно-художественных исканий композитора.

Симфония создавалась в то время, когда эпоха французской революции уже отошла в прошлое и в Европе царила реакция. Надежды сменились разочарованиями. В искусстве нарождалось новое направление — романтизм, ставший художественным выражением новых умонастроений. Тем большее значение имеет подвиг художника, воспевшего в эту мрачную пору Разум, Свободу, Веру в Человека, в его прекрасное будущее. Девятая симфония — своего рода музыкальный манифест XIX в., который прошел под знаком французской революции.

Девятая симфония — произведение глубоко новаторское. Впервые в симфонию вводится пение. Этот смелый прием оказался Бетховену необходимым. Развитие идеи симфонии подсказывало включение пения как Голоса Человечества; конкретность слова потребовалась для итоговой формулировки главной мысли грандиозной философской концепции. Но этим не ограничиваются нововведения Бетховена. Он меняет местами Скерцо и Adagio, пишет крайние части Скерцо в сонатной форме. Бетховенский гений достиг в Девятой симфонии высшей зрелости. Симфония потрясает трагизмом человеческих страданий, титанической борьбы, величием мысли, пафосом гуманизма. Подытоживая путь Бетховена-симфониста, она открывает новые перспективы для музыкального искусства последующих поколений.

I часть. В туманной мгле неопределенности рождается начало симфонии. Тревожно, полно таинственности ожидания тускло мерцающее тремоло скрипок; на его фоне мелькают неясные тени мотивов; композитор нащупывает контуры будущей главной темы, она формируется, и после длительной подготовки мощным усилием оркестр, наконец, утверждает главную тему. Возникает поистине космогонический образ; кажется, будто из тьмы небытия рождается Мир и заявляет о себе властно, императивно: «Я есмь!»

Но родившийся мир вздыблен клокочущими противоречиями; возникает атмосфера борьбы, столкновений. Это бурное развитие приводит к побочной партии — лирической антитезе первой темы; музыка окрашивается в мажорные тона, появляются героические кульминации — первые проблески грядущей победы. И неожиданно вновь наступает зловещая тишина; грозные фанфары возвещают о начале гигантской битвы, вызывающей в памяти циклопические образы античного эпоса. Язык симфонии лишен изобразительности, но в смене драматических натисков и бессильных спадов, в устрашающем звучании главной темы, целеустремленности музыкального развития воплощен величественный образ героического деяния, борьбы. Ее высшая фаза совпадает с началом репризы. С этого момента действие неумолимо клонится к трагической развязке, которая наступает в коде. Музыка обретает траурно-триумфальный оттенок. Однако «последнее слово» принадлежит все же непререкаемо властной и героичной главной теме,

Нарушая сложившиеся традиции, Бетховен помещает после I части Скерцо. Оно отстраняет трагическое начало. Скерцо - апофеоз действенного порыва, бьющей через край энергии. Стремительным шквалом проносится оно, вызывая ассоциации то героического, то фантастического плана. Но в этом потоке словно догоняющих друг друга звуков господствует строжайшая ритмическая дисциплина. Крайним разделам, написанным в форме сонатного allegro (еще одно новшество!), контрастирует жанрово-пейзажное трио, отмеченное чистыми и свежими пасторальными красками.

III часть — воплощение этического идеала. Красота и величие музыки вдохновлены высокой мыслью о нравственном совершенстве человека, его миссии, его долге. В этом просветленном философском раздумье царит мудрая ясность, гармония мысли и чувства. Спокойно и полнозвучно течение музыки, органична смена двух взаимодополняющих тем и их вариаций, беспредельно широко мелодическое дыхание. Насыщена кантиленой сочная оркестровая ткань, почти всюду безраздельно господствует мажор, лишь дважды нарушаемый вторжением главной темы I части — напоминанием о том, какой ценой добыта эта ясность и гармония.

Свирепым порывом врывается начало последней части, восстанавливая, казалось бы, уже преодоленную дисгармонию. Но это лишь попытка возврата. Подлинного возврата быть уже не может. Логика развития «событий» неумолимо ведет к торжеству, победе Радости. Одна за другой проходят темы отзвучавших частей — этапов проделанного пути, но каждая «отвергается» решительным речитативом виолончелей: ни одна из них не может стать темой финала. Должно быть найдено некое новое качество, которое превзошло бы все сказанное до сих пор и прозвучало логическим итогом идейно-музыкального развития симфонии. В оркестре наступает миг таинственной тишины.

И, наконец, рождается эта новая тема, тема Радости. Именно благодаря своей удивительной простоте она воспринимается как откровение. Первоначально ее интонируют виолончели и контрабасы, затем отдельные группы инструментов и, наконец, весь оркестр. Это Радость преодоленного Страдания, победы над Злом, достижение высшей внутренней гармонии и свободы человеческого духа. Звучание темы достигает грандиозных масштабов, и вновь, уже в последний раз, врывается смятенный мотив из ! части. И тогда впервые слышится человеческий голос: «О друзья! Не эти звуки! Лучше споем что-нибудь радостное!»

Тема Радости возникает у солистов и хора: «О прекрасная, божественная Радость, Дочь небес! Воодушевленные, мы вступаем в твое святилище!» . С этого момента чувство беспредельной, ничем не омрачаемой Радости не исчезает до конца части. Более того, оно раскрывается во всем многообразии граней и оттенков. Тема проходит ряд метаморфоз, преображается в песню, светлый гимн, героический марш; различные по характеру, эпизоды слагаются в общую грандиозную картину массового ликования, торжества освобожденного, счастливого человечества. И кажется, что в музыке разливается солнечный свет, и с каждым тактом его сияние становится все ярче, ослепительнее. Под конец голоса солистов, хора и оркестра сливаются в едином порыве прославления Радости, в благоговейном восторге. «Обнимитесь, миллионы!» Этим апофеозом Свободе, Братству Человечества и завершается симфония.

Итак, от мглы небытия — к свету, через борьбу и жертвы к осознанию этической миссии человека, от неопределенности к сверкающему сиянию Истины, к Радости освобожденного и счастливого Мира. Такова в самых общих чертах концепция Девятой симфонии, воплотившей неумирающие идеалы, к которым веками стремится человечество.


Следующая страница: Увертюры Бетховена

      • Главная   • Европейская классическая музыка   • Людвиг ван Бетховен   • Девятая симфония   
 
  Талисман. Роман Татьяны Латуковой на электронном рояле Театральный буфет. Русметалтехника Виниловые пластинки  
 
© ДоМиЛяМи - музыкальный портал, 2014-2021

контакты     карта сайта

Рейтинг@Mail.ru